Рудбоя в жизни никогда так не ебашило. От Ванечки Светло, или Фаллена, или хуй пойми, как его там зовут на самом деле, долбанного квартиранта в родительской хате, беспощадно рвало крышу. Ваню от одного вида наглой улыбочки и приподнятых широченных бровей несло куда-то не туда. Не туда, где Рудбой мог контролировать себя и свои мысли.
Сегодня Фаллен выглядел почти пристойно, не светил сосками, не разгуливал в кошачьих ушках, но Ваню все равно вело. Он готов был поспорить с собой на пять косарей на то, что под махровым темно-красным халатом не было ни единой шмоточки, ни белья, ничего. От мыслей этих лицо начинало гореть, а понять, что там у Фаллена снова произошло, не получалось.
Рудбой уставился взглядом в пол, чтобы не пялиться на целомудренно прикрытые халатом бледные коленки, и попытался вникнуть. Ванечка же понятливо усмехнулся, сменил позу, вроде как без задней мысли, но в полах халата мелькнул хороший такой кусок голого бедра, и терпеливо повторил.
- Вытяжка на кухне гремит, когда ветер сильный.
Из коридора был виден приличный кусок кухни, и Ваня слегка вытянул шею, заглянул туда. Прислушался. Было тихо.
- Не гремит.
- Ну так сейчас и ветра нет. Конечно, не гремит. - Фаллен улыбнулся, многообещающе и немного хищно. - Придется подождать. Ветра.
Рудбой привалился к ближайшей стене и зажмурился. Он не станет убивать человека, не станет.
И ладно бы Фаллена хотелось только убивать. Рудбой бы пережил, дал, может, в ебало разок, чтобы перестал заебывать, и успокоился. Но все оказалось сложней. Намного. В Ваниной жизни много было связей, отношений и не очень, на ночь или на год, брак вон даже за плечами. Кто-то из партнеров задерживался надолго. О них хотелось заботиться, выполнять их капризы, делать приятное, баловать всячески. А были и другие. Те, с которыми он знакомился для траха, хорошего, выматывающего, без обязательств и без тормозов. Такие люди находились, пожалуй, еще сложней чем те, с которыми можно было пойти в киношку на диснеевскую сказку и поехать в Пушкин на знакомство с родителями, но узнавал их Рудбой обычно с одного взгляда. По блядскому огоньку в глазах, по особой энергетике. И по тому, как они тут же вставали в стойку при виде Вани. И как так случилось, что из всех людей (которых правда, правда было дохуя) именно ебучий Фаллен совместил в себе и того, за кем по неведомым причинам хотелось ухаживать, и того, от которого у Рудбоя все мозги в яйца стекали. Еще ему, конечно, хотелось выдать пиздюлей. И рот заткнуть - обязательно. Хотя о том, чем и как Фаллену затыкать рот, Ваня пытался не думать. Получалось, правда, плохонько.
Представить, как тонкие капризные губы растягиваются вокруг члены, было легко. А картинку, как Ванечка Светло, интеллигентный мальчик из Герцена, давится, но довольно стонет и дрочит себе, сам горлом насаживаясь, представить было еще проще. И волосы у него как раз густые, удобные, чтобы в кулак зажать и потянуть, сначала отодвинуть от члена, по губам головкой провести, а потом снова - до упора, до сдавленных грязных звуков.
Блядь. Да Рудбой выебал бы его через полчаса после знакомства, без вопросов, будь Фаллен левым чуваком. И не вызывай он такую бурю эмоций. Ни один, ни один человек, сука, не бесил Ваню так сильно. И при всем этом Рудбой почему-то терпел. Приезжал по первому звонку. Пялился на совершенно целую проводку. Помогал победить стеклопакет, потому что "ну дуууует же". Бесился, злился, орал. И дрочил потом, ладони счесывая, так часто, как в пубертате не наяривал. Думая от том, как Фаллен стонет, когда ему соски, крупные, яркие (спасибо, Ваня успел ими полюбоваться), прикусывают. И о том, какая у задница у него круглая, крепкая, такая, на которой пиздато оставлять яркие болезненные шлепки. И о том, что Ванечка - нихуя не хрупкий и с чем-то таким в глазах, что хотелось его ебать и в хвост, и в гриву, а он в ответ не давал бы спуску, грызся, драл спину ногтями, стонал громко. И голос срывал бы, кончая, сжимаясь на Ванином хере.
- Ты уснул что ли? - Чужой голос, совсем рядом, почти на ухо, выдернул из мыслей, вклинился совсем не вовремя, только подкинул дровишек в огонь. Рудбой нехотя открыл глаза и тут же задохнулся под насмешливым, понимающим взглядом.
О да. Фаллен все прекрасно знал. И сам хотел. Думал что-то там у себе в своей чокнутой голове, фантазировал, размышлял, так ли хорош Рудбой, как кажется. Наверняка, гадал, сколько там сантиметров и любит ли Ваня пожестче. Он мастерски все это проделывал, все эти штуки с соблазнением. Проезжался по кинкам и болевым точкам, заманивал, обещал. Рудбой видел по его тяжелому дурному взгляду, что и Фаллену не все равно. Только вот сколько в этом всем было игры, а сколько настоящего, Ваня не знал. И подставляться не собирался. Потому что это с виду Ванечка Светло - интеллигентный мальчик из Герцена, а на деле там не то что черти в омуте плещутся, а настоящий дьявол, как минимум.
Фаллен вдруг улыбнулся так, что у Рудбоя живот сладкой судорогой свело, и потянулся всем телом. Как бы невзначай, но халат скользнул с одного его плеча, чудом удержавшись, благодаря поясу. Пояс, кстати, отличный. Мягкий, но достаточно толстый. От такого синяки на запястьях не останутся, но и руки к изголовью вполне привязать можно. Так, чтобы Фаллен лежал, раскинув ноги, шумно дышал, закусив губу, но сделать ничего не мог, пока Ваня изучал бы его тело, миллиметр за миллиметром. От самых кончиков аккуратных пальцев на ногах до мочек ушей. И обязательно, обязательно на шее задержался бы. Длинной, не хилой, крепкой. Ваня сжимал бы ее крепко, пока Ванечку раком ебал, уткнув лицом в подушку. А потом покрыл бы, пометил ее темными болючими укусами, что бы Фаллен горло показать людям стеснялся. Хотя это вряд ли. Скорей ходил бы и хвастался.
- Ну так что, зайдешь? - Ванечка немного подтянул халат, но хитро так, чтоб сосок левый мелькнул. Рудбой еле удержал стон. Ебаный халат. Одного движения хватило бы, чтобы сдернуть его в пизду. Разложить Фаллена прямо тут, в прихожей, перед зеркалом. Заставить упираться в шаткую тумбочку и давить его крики ладонью, чтобы соседи не сбежались.
- Я... - Ваня прочистил горло. Попытался найти безопасное место, куда смотреть можно, чтобы хоть как-то позорный стояк угомонить. - Я, наверное, поеду.
- А как же вытяжка?
- Потом заеду, когда ветер будет.
- Лааааадно. - По глазам Фаллена прекрасно читалось, что нихуя там не ладно. - Погоди. Я хотел еще кое-что показать. Ты же у нас мастер на все руки.
Пиздеж. Ваня даже пробки вылетевшие сам починить не смог на прошлой неделе.
Фаллен что-то задумал. Это было очевидно. Это было страшно. И горячо - пиздец. Рудбой воспользовался минутным одиночеством, сжал крепкий, твердый член прямо через джинсы и мысленно попросил потерпеть хоть бы до машины. Легче не стало.
- Вот. Не могу включить. - Фаллен вернулся неожиданно. Он выглядел решительно, зло. И так, что Ванина решимость держаться подальше рассыпалась на кусочки.
А еще... Да еб твою мать. Он протягивал Рудбой член. Темно-фиолетовый, чуть изогнутый, среднего размера, чуть меньше его, Ваниного. Фаллен жадно следил за реакцией. Нервно поправил челку и облизнул губы.
- Думаю, ты лучше разбираешься.
- Неа. Это мой первый хер в жопе. Вроде раньше не подводил, а тут - на тебе. А он мне очень, очень понадобится после твоего ухода. Можно, конечно, и без вибрации, но с ней лучше. Так я не везде достаю и рука быстро устает.
Рудбой попытался выдохнуть, но воздух застрял в легких. Он, как наяву, увидел Фаллена, имеющего себя искусственным хером, недовольно стонущего из-за неудобного угла. И себя - тоже. Как помогает, отбирает у Ванечки игрушку, вводит сначала мягко, медленно, а потом резко и до самого основания. Как разрабатывает дырку под себя, чтобы въехать своим, настоящим, членом без всякой подготовки. Но сначала, конечно, раздразнит. Так, чтобы Фаллен скулил. Просил и требовал. Чтобы руки подрочить себе тянул, но убирал в последний момент, слушаясь Ваниного запрета.
- Что же ты, сука, делаешь со мной, а? - Рудбой не хотел этого говорить. Но слова как-то сами собой вырвались.
- Я? Я что делаю? - Ванечка подошел вплотную, чуть носом с Ваней не столкнувшись, и ответил зло и как-то взволнованно. - Я даю тебе последнюю возможность зайти и присоединиться. Нет, так нет. Заебал от меня морозиться.
Он не врал. Рудбой по глазам это увидел. И только и успел, что кивнуть в ответ. А потом выиграл сам у себя пять косарей, потому что да, Ванечка под халатом оказался совершенно, абсолютно голым.

АйванЛенинаПакет
‏@xivanx32zu

хейтзона