ЧАСТЬ 1 yadi.sk/i/5WZu2NtPnzLofA
8:10 угадываем фаллена
23:20 угадываем юлю киви
40:06 угадываем рэпера охру
53:37 ХУДОЖНИК ИВАН МЁД
55:00 угадываем дашу зарыковскую
1:22:05 начинаем угадывать гришу
ЧАСТЬ 2 НЕ ВЛЕЗШАЯ yadi.sk/i/AbuwhoUzf5lt3Q
продолжаем угадывать гришу, тискаем гришу, прощаемся и почти всё без звука

В висках громко стучит, перед глазами мелькают цветные пятна, а во рту ебаная пустыня, хотя Ваня и прикладывается к бутылке с водой чаще, чем дышит. Он еле сдерживается, чтоб не послать оператора – ну просил же, блядь, не совать камеру в ебало – и находит взглядом Янчика. Тому не надо ничего объяснять, без слов все понимает и объявляет паузу в съемках. Рудбой даже не выжидает минуту для приличия, лезет через толпу, чтобы добраться до подсобки.
Команда слева пытается что-то там предъявить команде справа. Или наоборот: Ване похуй. Лица и голоса смешиваются в одну невнятную темную массу, из которой немного выделяется Юля, потому что девчонка, и Абба, потому что уебан. Кто-то пытается Рудбоя придержать за локоть, но он слепо мотает головой и упрямо двигает дальше. Потом. Ему пиздец как нужна сейчас передышка.

Небольшая комнатка с телеком, журнальным столиком и парой диванов сейчас кажется оазисом, до которого надо добраться, чтобы выжить. Чтоб протянуть еще несколько раундов. Ваня вваливается в нее, молясь, чтобы никто не сунулся сейчас следом, и буквально задыхается от восторга, когда дверь отрезает он него гвалт зала и шум голосов. Охуенно.

Он нащупывает выключатель и на автопилоте двигает к умывальнику, который хер знает, зачем тут вообще сделали когда-то. Теперь понятно – зачем. Ваня выкручивает кран, и стонет от удовольствия, опуская руки под ледяную воду. Очень хочется освежить и всю башку, но потом на видео с волосами будет пиздец. Так что приходится довольствоваться малым. Рудбой низко наклоняется над раковиной, аккуратно умывается, стараясь не забрызгать шот. Он темный, конечно, но разводы все равно будут видны. Знаем, проходили.

- У Ванечки сегодня много работы?

От неожиданности Рудбой дергается, легонько ударяется головой о кран. От знакомого голоса, от знакомой лаского-издевательской фразочки – мурашки толпой от затылка до самого копчика. Ваня последний раз проводит мокрыми холодными руками по щекам, закрывает воду и разгибается. И только потом смотрит в зеркало надо раковиной.

Фаллен сидит на одном из диванов, закинув ногу на ногу. Очки в широкой оправе, темно-бежевая толстовка, отросшие волосы. И наглый взгляд прямо на Ваню через зеркало. Наглый, но понимающий и теплый.

- Что ты тут делаешь?

- Забочусь о своем будущем. Я не переживу, если мне еще раз придется любоваться на страдающего тебя на каком-нибудь стриме с Жорой.

- А ты не смотри. Или не стримь с Жорой.

Справа от раковины на крючке висит полотенце, и Ваня долго и тщательно вытирает им руки. Закончив, двигает не к диванам, а к выходу. Но за дверью – шумная толпа, команды слева и справа, ебаный оператор с ебаной камерой, духота и два часа съемки впереди. И Рудбой так и зависает, просто стоит на месте и не знает, куда себя девать.

Фаллен оказывается рядом за какие-то секунды. Он тянется за Ванину спину, щелкает замком. А потом осторожно кончиками пальцами поправляет Рудбою челку.

- Ну все, теперь совсем красавчик.

Ваня делает навстречу одно короткое движение, и сам не замечает, как уже обнимает Фаллена двумя руками, как дышит знакомым запахом, как расслабляется и почти забывает, что ему надо вести баттлы дальше. Он в секунде от того, чтобы признаться, как ему хочется сейчас съебать.

Фаллен кладет на Ванины щеки обе ладони, легонько сжимает, потом растягивает его губы в улыбке. Рудбой ненавидит, когда он так делает. Гриша тоже ненавидит. Но оба терпят почему-то. Слишком довольным и умиротворенным в такие моменты выглядит Фаллен.

- Обижают эти изверги моего Рудбоя, да? Пидарасы! Хочешь я выйду в зал и всем наваляю?

- Не надо. – Ваня пытается вывернуться, но Фаллен держит крепко. Из-за этого голос звучит смешно, и Рудбой, не сдерживаясь, ржет. – Я сам справлюсь.

- Вижу я, как ты справляешься.

Это не упрек, не подъебка. Фаллен волнуется. Пытается скрыть этого своим дурацким поведением и шутками, но Ваню это нихуя не обманывает.

- Не говори, что ты правда примчался меня не спасать.

- Не говорю. – Фаллен наконец-то оставляет Ванины щеки в покое, проводит пальцами по затылку, осторожно, чтоб не растрепать волосы. – Славка в Питер ехал, на хвост ему упал. Вечером обратно.

- Понятно.

Это слово зависает в воздухе мягкой недосказанностью, потому что нихуя непонятно на самом-то деле. Но это неважно. Важно вот так, подышать губы в губы, почувствовать слепую поддержку. Вспомнить, что от Версуса слегка воротит обоих, но по совершенно разным причинам. Вспомнить, что есть много, очень много незаданных вопросов, но ответы на них уже получены.

- Но вообще-то у меня на тебя несколько другие планы.

Это всегда меняется вот так, моментально, по щелчку. Выбор киношки на вечер откладывается из-за поцелуев, от которых долго еще саднят губы, а до фильма дело так и не доходит. Заказ продуктов в каком-нибудь Ашане заканчивается в койке, а холодильник так и остается пустым. Горячие споры о лучшем альбоме КиШа приводят почти к дракам, но куда более приятным. Чертова магия.

- Не получится. Снимать еще дохуя.

Фаллен приподнимает брови и буквально на глазах превращается в другого человека. Он бросает на Рудбоя однозначный взгляд, слегка ведет головой, поправляет волосы. Берется за пояс Ваниных штанов, касаясь его голого живота кончиками пальцев.

- Я тебя не задержу. Десять минут у нас есть?

У Фаллена обычно руки ледяные, а сейчас они почти обжигают. Одна уже гладит Рудбоя по пояснице, другая нагло ныряет в белье. И Ваня давится воздухом и всеми возражениями, которые у него есть.

- Десять… Да, десять - вполне.

Похуй на все возможные вопросы и недовольства. Ваня на каждую запись буквально за шкирку себя тащит, он заслуживает небольшой награды. Фаллен в его ответе и не сомневался. Он целует Рудбоя непривычно осторожно, аккуратно. И эта забота – чтобы губы на видео не были припухшими - бьет по нервным окончаниям неожиданно сильно. Ваня хочет нормально, не в вполсилы, чтобы как всегда, до сорванного дыхания, и чтобы каждая мышца в теле потом звенела от приятной боли и легкости. Но Фаллен ведет. Он тащит Рудбоя за собой, легонько толкает, заставляя сесть на диван. Приспускает его штаны с трусами, а сам опускается на пол.

Задницу холодит кожа дивана, а все внутренности плавятся под тяжелым взглядом Фаллена. Он жадно облизывается, гладит Ваню по голым бедрам, потом задирает на нем шот. И прижимается губами к животу. Вот тут он совсем не осторожничает, почти кусается, прихватывает кожу, оставляя следы.

Рудбой сжимает зубы, чтобы ни звука не вырвалось, тянет Фаллен за волосы, прося на себя посмотреть. Гладит пальцами по покрасневшим губам и пиздец как стесняется своей неуместной сейчас нежности.

- Кто говорил, что времени мало? Не отвлекай меня!

Фаллен коротко проводит по Ваниным пальцам мокрым горячим языком, прикусывает легонько. И в следующую секунду Рудбой все-таки стонет, не сдерживается. Перед глазами плывет, сердце громко бухает и гонит кровь по венам с сумасшедшей скоростью. Фаллен насаживается на его хер сразу и резко, не церемонясь, заглатывает глубоко и жадно. Его очки съезжают от слишком быстрого движения, и Ваня снимает их, чтобы не мешались. В ответ на это Фаллен насаживается до самого горла, коротко стонет, и от этого, блядь, звука Ваня чуть не кончает. В животе сжимается раскаленная пружина, бедра дрожат. Задница потеет от ебаного дивана и от того, что творит Фаллен.

В дверь громко стучат, что-то спрашивают. Рудбой дергается, сдавленно материться, а Фаллен улыбается растянутыми вокруг члена губами. Смотрит из-под ресниц. И медленно-медленно опускается до самого конца. Сглатывает.

Ваню безжалостно швыряет в оргазм, выкручивая все косточки и взрывая все клетки. Это прыжок в холодную воду океана после сорокаградусной жары. Это выбивает воздух из легких, меняет небо с землей местами, убивает на несколько коротких ошеломительных секунд. Рудбоя окатывает волна за волной, и ему уже кажется, что он действительно сдох от кайфа – счастливым, обновленным. И рядом с Фалленом, у которого сперма в уголках губ и обдолбанные шальные глаза.

В дверь снова стучат, еще громче. И Ваня орет «две минуты», а сам тянет Фаллена на себя. Целует, слизывая с его губ соленые капли и хриплое дыхание.

- Все. Вали. Версус твой, помнишь?

Фаллен, распаленный, возбужденный и невероятно от этого красивый, отстраняется сам. Он смотрит на Рудбоя победителем, хотя у самого хер недвусмысленно натягивает штаны. Ваня смеется, поправляет одежду. И чувствует, что ему не то что на камеру сейчас выйти - пару альбомов записать как два пальца. Не факт, что запала хватит до конца съемок, конечно, но пару-тройку раундов он точно продержится.

- А ты? – Он подходит к Фаллену. Возвращает очки на место, и еле сдерживается, чтобы не полезть сейчас с ответной услугой.

- А я дождусь твоих свежих фоточек с ивента и подрочу. Если ты не будешь на них выглядеть как несчастная сиротка, конечно.

Фаллена хочется поцеловать по-настоящему. Ему хочется отсосать. Его хочется выебать так, чтобы орал и драл Ванину спину ногтями. Но это не сейчас. Сейчас – которой поцелуй вместо спасибо.

- Я буду стараться.

- Иди. И попроси у кого-нибудь ролик для одежды.– Фаллен что-то снимает с Ваниного и довольно смеется, прикрывая рот ладонью. – Гриша.

Блядь. Вот так всегда. Чтобы Фаллен сделал что-то хорошее и не доставил при этом проблем? Нет, так не бывает.

Ролик находится у Ленки. У самого Вани находятся силы на все съемки и даже на маленькую тусу после. Некоторые баттлы почти не делают ему больно, а редкие – очень редкие – моменты даже искренне его веселят. И даже Абба, который вдруг решает на камеру и извиниться за уебищную шутку про детдомовца, больше не раздражает. Тем более Рудбой знает почти наверняка, кому это видео было отправлено в первую очередь.